Он мне не даст перевести дыхания,
Он ещё больше бед нашлёт.
Я Бога победить не в силах,
Он слишком всемогущ.
Я не могу судиться с Ним,
чтоб был ко мне Он справедлив.
Кто Бога в суд прийти заставить может?
Хоть невиновен я, но что бы я ни сказал,
слова меня же обличают,
за мной нет вины, но лишь заговорю,
слова мою вину докажут.
За мной нет вины!
Что думать, я не знаю.
Мне ненавистна жизнь моя.
Я говорю себе:
„Со всеми так бывает.
Невинный умирает точно так же, как и виновный.
Все жизни прерывает Бог”.
Когда случается, что погибает невинный,
не кто иной, как Бог над ним смеётся.
Когда землёй жестокий управляет, то, если не Господь,
кто глаза правителям на это закрывает?
Быстрее бегуна мелькают дни мои,
летят они и счастья не приносят.
Проходят дни мои так же быстро,
как плывёт папирусная лодка.
Дни мои проходят так же скоро,
как стремительно бросаются вниз орлы,
чтобы схватить добычу.
И если говорю я,
что жаловаться я не буду,
забуду боль и буду улыбаться,
то это не изменит ничего.
Страдания меня ещё пугают.
Уже я признан виноватым.
Для чего теперь мои попытки?
Я говорю: „Забудь!”
И даже если бы омыл себя я талым снегом
и свои руки вымыл добела,
Бог все равно бы в яму с грязью толкнул меня, придравшись.
Одежда — и та бы возненавидела меня.
Господь не человек, как я,
поэтому Ему я не могу ответить.
Мы с Ним не можем встретиться в суде.
Хотел бы я, чтобы нашёлся кто-то,
способный обе стороны услышать.
Хотел бы я, чтобы нашёлся кто-то,
кто справедливо мог бы нас рассудить.
Хотел бы я, чтоб кто-нибудь забрал
жезл наказания у Бога.
Тогда б Он больше не пугал меня.
Тогда б я смог сказать то, что хочу,
без страха перед Богом.
Но сделать этого сейчас я не могу».